Schoen Eventagentur

Боголюбовские кулинарные «порядки» в Дюссельдорфе :-) | Программу ведёт Татьяна*Schön из ДюссельдорфаПрограмму ведёт Татьяна*Schön из Дюссельдорфа

Боголюбовские кулинарные «порядки» в Дюссельдорфе :-)

Алексей Боголюбов повышал некоторое время свою квалификацию в Дюссельдорфе (как затем и его ученик Шишкин), в Академии художеств, учился и возмущался у Андреаса Ахенбаха, кутил и «заводил свои порядки» в местных ресторациях.

Вот что он пишет в «Записках моряка-художника«. Интересно и очень забавно!more

«Лучший ресторан в городе был Austen-Salon-von Turnagel{Восточный салон Тюрнагеля (нем.).}. Тут же рядом была колониальная лавка, на ставнях которой виднелась надпись “Sudfrutten“{“Южные фрукты” (нем.).} разве потому, что там, и то в позднюю пору, появлялись апельсины, финики, сухой миндаль и изюм.

Тюрнагель был повар принца Гогенцоллерна, следовательно, имел герб и писался Hof*diferand{Главный(нем.).}. У него-то собиралась вся представительная юнкерская молодежь, смотревшая на всё прочее с присущею ей заносчивостью. Но мне плевать было на этих господ, почему, осмотрясь немного, я и начал заводить в ресторане свои порядки, ибо еда там была всё-таки очень подлая – жир заменял везде масло, а суп был жидок, без всякого навару. Конечно, первым долгом надо было сойтись с кухаркой, а потом с оберкельнером, с мальчишкой, но для весу слово “обер” ему было мною даровано.

Толстой кухарке Каролине я задал такой вопрос: “Что стоит фунт мяса на рынке?”. – “Три гроша, суповое”. – “Ну, так ставьте мне каждый день его на счёт и варите полторы тарелки супу. А масла фунт?” – “Девять грошей”. – “Четверть фунта или восьмушку употребляйте для моего стола, да, главное, позабудьте жир и сало, когда обо мне думаете. За внимание же ваше даю вам к тюрнагельскому жалованью полтора талера в месяц”.

Аугусту, кельнеру, я тоже назначил полтора талера, и дело пошло как по маслу. Сидя рядом с юнкерами и фендриками разными “штате” и другими “ротами”, я получал кухню на масле. Носы моих соседей скоро почувствовали отсутствие его в их кухне, да и суп давал знать о себе как видимостью, так и ароматом, а потому был позван хозяин и выруган свиньёю и вором. Имея под ногами почву, немец-холоп ополчился: “Скупердяи вы этакие! Платите дороже, так и вас буду кормить лучше, а то даёте грош и требуете на десять”. Вследствие этого дело было выяснено, и на столе заведения появился новый лист цен боголюбовских на разные кушанья, мною введённые, – щи, биток и даже ботвинья.

Таковое преобразование дало мне в застольной общий почёт, к тому же я пил здорово и тем был очень приятен Тюрнагелю.»

1859 год.

Правильно было бы по-немецки: Thürnagel. (Elberfelderstr. 11)

Об авторе Татьяна*Schön

Добавить комментарий Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Имя *

E-mail *

Сайт

Комментарий

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Желаю быть оповещённым о новых комментариях к этой заметке по электронной почте

Добро пожаловать в журнал Про*Дюссельдорф!

Вы найдете здесь маршруты прогулок по Дюссельдорфу, описания туристических достопримечательностей, советы о том, где стоит побывать, что посмотреть, где и что поесть, где остановиться (смотрите в Справочной).

Вас интересует Дюссельдорф — читайте журнал, оставляйте отзывы, мне интересно мнение читателей..

Свежие комментарии

Рубрики

О чём?

Полезное и умное из сети:

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Авг
1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30

Я веду записи в этом журнале с 2009 года

Шишкин

Алексей Боголюбов повышал некоторое время свою квалификацию в Дюссельдорфе (как затем и его ученик Шишкин), в Академии художеств, учился и возмущался у Андреаса Ахенбаха, кутил и «заводил свои порядки» в местных ресторациях.

Hof

Тюрнагель был повар принца Гогенцоллерна, следовательно, имел герб и писался Hof*diferand{Главный(нем.).}. У него-то собиралась вся представительная юнкерская молодежь, смотревшая на всё прочее с присущею ей заносчивостью. Но мне плевать было на этих господ, почему, осмотрясь немного, я и начал заво